Бучин Александр Николаевич
Шофер Маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова.
Биография
Родился в Туле (по другим данным — в Москве) в районе Косая Гора. Затем семья переехала на улицу Коммунаров. Именно в городе оружейников прошли его детство и юность. Член ВКП(б).
Отец Александра был московским рабочим пареньком из легендарной Марьиной рощи и был настолько увлечен «самоходными чудо-экипажами», что еще перед империалистической войной успел поработать по приглашению фирмы «Пежо» автотехником во Франции и даже участвовал в гонках Париж — Бордо. По возвращении домой он продолжил увлеченно заниматься автоделом и заразил этим своих сыновей. Саша рос шустрым мальчиком, дружил с рабочей ребятней, рано увлекся техникой, в 12 лет мог самостоятельно запустить двигатель автомобиля и легко прокатиться по двору и близлежащим улицам.
После революции старший Бучин создавал автогараж Тульской ГубЧК, работал в городском автохозяйстве, был одним из организаторов автобусного парка, работал шофером Тульского уголовного розыска. В 1933 году Бучины уехали в Москву.
После переезда с семьей в Москву Александр Николаевич устроился работать шофером в НКВД. Одновременно начал заниматься мотоспортом в обществе «Динамо». Он завоевывал призы и подавал большие надежды в мотоспорте.
В 1938 году был призван на регулярную военную службу в войска НКВД и направлен в легендарную дивизию имени Дзержинского. Вскоре он сел за баранку персонального автомобиля комдива Павла Артемьева.
В начале Артемьев получил приказ сформировать и возглавить отряд особого назначения войск НКВД — для выполнения специальных задач на финском фронте. Разумеется, солдат-срочник не мог знать всех нюансов боевого задания, но по разговорам догадывался: это охрана тыла Северо-Западного фронта, ликвидация финских диверсионных групп.
Глубокий снег и разбитые танками дороги оказались непреодолимым препятствием даже для приспособленной к бездорожью М-1. Пришлось пересесть за руль грузового вездехода ЗИС-33, у которого к передним колесам крепились специальные лыжи, а на задние надевались съемные полугусеницы.
В кабине этого внедорожника Бучин возил по делам службы своего комдива. Но и в собственном тылу было не менее опасно, чем на фронте. Досаждали «кукушки» — замаскированные на деревьях снайперы противника, для которых самая заманчивая на фронтовых дорогах цель — шофер.
В декабре того же года закончился срок солдатской службы. Благодаря положительным рекомендациям Бучина взяли в отдел охраны правительства и дипкорпуса, входивший в состав Главного управления госбезопасности НКВД СССР, на должность шофера-разведчика 1-й категории. Сразу же посадили за руль автомобиля сопровождения видного деятеля болгарского и международного коммунистического движения Георгия Димитрова. Но поскольку «охраняемое лицо» пользовалось закрепленным за ним авто нечасто, у Бучина появились возможности для занятия автомотоспортом.
«За это время я не только научился чувствовать дорогу, но и приобрел необходимые для профессионала навыки преодоления препятствий и удержания машины на трассе, даже в самых сложных условиях», — говорил ветеран.
Утром Александр, как всегда по выходным, тренировался на гоночном поле «Динамо», готовясь к мотокроссу на первенство Москвы. Здесь он и узнал о начале войны. Гараж особого назначения НКВД сразу же перевели на военное положение, а Бучина назначили водителем машины сопровождения личной охраны начальника Генштаба генерала армии Георгия Жукова. С этого момента Александр Николаевич около семи лет с короткими перерывами практически ежедневно находился рядом с легендарным военачальником.
На фронт Жуков выехал на заокеанском «паккарде», который больше подходил для автобанов, чем для военных дорог. Поэтому генерал вскоре пересел на отечественный полноприводный горьковский внедорожник М-1, способный без остановок ехать и по разбитым дорогам, и по грязи, и по фронтовому бездорожью. А бучинская «эмка» с охраной, вооруженной автоматами (сам шофер носил на поясе наган и финский нож), неотступно следовала за автомобилем генерала армии.
В конце августа 1941-го Резервный фронт под командованием Жукова начал наступательную операцию для ликвидации Ельнинского выступа на московском стратегическом направлении, образовавшегося в результате прорыва танковой группы противника. «Под Ельней мне пришлось сутками не вылезать из-за баранки, практически без сна и отдыха, — вспоминал фронтовой шофер, — все время в дороге, зачастую под вражеским огнем и бомбежкой… Но закаленный мотоспортом молодой организм легко выдерживал все эти нагрузки».
На одной из дорог где-то в Калининской области водитель Жукова не справился с управлением, автомобиль соскользнул в канаву и застрял в грязи.
Начальник охраны генерала Николай Бедов срывающимся от страха за жизнь «охраняемого лица» голосом крикнул Бучину: «Выручай! Ты же гонщик!».
Александр Николаевич сел за руль вездехода, включил передний мост и враскачку — вперед-назад — умело вывел его на дорогу. Жуков стоял в стороне и наблюдал за действиями шофера. Именно эта ситуация, как считал сам Бучин, предопределила его судьбу и на многие годы близко свела с полководцем.
Напрочь отметая мнения о грубости и высокомерии маршала, Александр Бучин неизменно отмечал, что лично к нему полководец обращался исключительно на «Вы» и по имени-отчеству. Правда, иногда, один на один, Жуков благодушно называл своего водителя Сашей.
Иногда шофер оказывался свидетелем того, как Георгий Константинович сурово отчитывал нерадивых генералов, но исключительно за дело. При этом никогда не опускался до брани и личных оскорблений.
Однажды шофер повез Жукова на наблюдательный пункт армии генерала Ивана Конева. На подъезде путь автомобилю преградил шлагбаум. Начальник охраны резко крикнул часовому: «Подымай! Маршал Жуков едет!». Однако боец потребовал предъявить документы, затем даже отвернул воротник кожаного пальто маршала, дабы увидеть погоны со знаками отличия. Это происходило на глазах группы оторопевших и ожидавших разноса генералов. Но маршал, выйдя из машины, громко и доброжелательно поблагодарил часового за бдительность, снял с руки часы и вручил их ему.
Александр Николаевич вспомнил и о том, как стал офицером. В январе 1943-го Жукову после успешного завершения операции «Искра» по прорыву блокады Ленинграда, которой руководил полководец, первому среди высших военачальников присвоили высшее воинское звание Маршала Советского Союза. Бучин отважился и лично решился поздравить Георгия Константиновича с особым знаком отличия. На что Жуков улыбнулся и, похлопав своего верного шофера по плечу, шутливо произнес: «Спасибо, Саша! А Вам за мастерство я фельдмаршала присвою».
Шутка Жукова оказалась пророческой: спустя пару месяцев Бучин получил лейтенантские погоны. Оказалось, что в Наркомате госбезопасности, которому из НКВД переподчинили службу охраны высших военачальников, решили, что маршалов должны возить офицеры. А еще через несколько месяцев на груди шофера засветилась и первая боевая награда — медаль «За отвагу». Вручал ее Бучину в торжественной, насколько это позволяли фронтовые условия, обстановке сам Жуков. Позже к ней добавились ордена Красной Звезды (за участие в обороне Москвы) и Красного Знамени (за Берлин).
О своих впечатлениях от поверженной столицы третьего рейха Александр Николаевич мог рассказывать часами. Ведь путь его сюда по фронтовым дорогам, согласно личным подсчетам, растянулся не менее чем на 170 тысяч километров! С учетом того, что длина экватора чуть более 40 тысяч, выходит, шофер вместе с маршалом Победы на автомобиле обогнул земной шар не менее четырех раз!
Бучин говорил и о том, что был одним из свидетелей того, как Георгий Константинович размашисто расписался на стене рейхстага.
Во всех подробностях он припомнил и то, как вез Жукова в Карлсхорст на подписание акта о капитуляции фашистской Германии. Причем Жуков, вопреки протестам начальника личной охраны, приказал везти его не в бронированном «мерседесе», а подчеркнуто в открытом трофейном «паккарде», чтобы все видели — маршал-победитель ничего и никого не боится.
Довелось Бучину по приказу Жукова вместе с генералом армии Василием Соколовским встречать в аэропорту Темпельхоф верховного главнокомандующего союзными силами в Европе американского генерала Дуайта Эйзенхауэра, будущего 34-го президента США. Был и такой случай. Маршал следовал в Контрольный совет по управлению Германией, как вдруг раздался рев сирен и грохот мотоциклов сопровождения — туда же с помпой мчался Эйзенхауэр.
С блеском в глазах ветеран поведал: «Я обратился к Жукову со словами, мол, непорядок, мы здесь хозяева, а не они». Маршал одобрительно кивнул, и Бучин вдавил педаль газа.
В результате американцы прибыли к месту назначения, когда Жуков уже находился в своем кабинете и готовился к совещанию.
В январе 1948-го неожиданно последовало увольнение А.Н. Бучина в звании капитана из органов МГБ с формулировкой «за невозможностью использования». Начались ничем не обоснованные гонения на Жукова, бумерангом отразившиеся и на его окружении.
После демобилизации выступал в соревнованиях по мотоспорту, работал также инструктором команды ВВС МВО. В 1950 году был арестован как соратник Жукова, доставлен в тюрьму на Лубянку, а затем репрессирован и отправлен по этапу на лесозаготовки. В 1953 году был амнистирован и реабилитирован.
Последняя встреча автомобилиста-фронтовика с легендарным маршалом состоялась в 1970-м, после выхода годом ранее первого однотомного издания его мемуаров «Воспоминания и размышления».
На форзаце книги Георгий Константинович оставил дорогой для ветерана автограф: «Уважаемому Александру Николаевичу Бучину — моему лучшему шоферу, безупречно прошедшему со мной все дороги фронтов Великой Отечественной войны». Бучин считал это своей лучшей, самой ценной наградой. Бережно хранил книгу и с гордостью показывал ее гостям. А когда спустя полвека после разгрома гитлеровской Германии народная молва навеки справедливо окрестила Жукова «маршалом Победы», Александра Николаевича Бучина знакомые ветераны прозвали «шофером Победы».
Александр Николаевич долгие годы проработал в «Совтрансавто», гонял по дорогам Европы фуры, напевая за рулем знаменитую «Песенку фронтового шофера». Ушел на пенсию только в 1992 году — в 75-летнем возрасте!
Умер . Похоронен на старинном московском Преображенском кладбище рядом с Воинским мемориалом и Вечным огнем.
Награды
Награжден двумя орденами Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, орденами Отечественной войны I степени, «Знак Почета», двумя медалями «За отвагу», медалями «За оборону Москвы», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
Даты
Источники
ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682524. Д. 242, листы; 13, 14. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 682526. Д. 966. Л. 118. Бучин А.Н. 170 000 километров с Г.К. Жуковым. — М.: Молодая гвардия, 1994.