Важеркин Иван Васильевич
Снайпер 30-го стрелкового полка 102-й стрелковой дивизии, капитан. Уничтожил 148 вражеских солдат и офицеров.
Биография
Родился в селе Мурмино Рязанского района Рязанской области в семье крестьянина. Русский. Окончил неполную среднюю школу. Работал столяром. Член ВКП(б).
С — в Рабоче-крестьянской Красной армии, призван Рязанским райвоенкоматом.
С февраля — на фронтах Великой Отечественной войны. Снайпер 30-го стрелкового полка 102-й стрелковой дивизии 48-й армии Центрального фронта сержант И.В. Важеркин в оборонительных боях на Курской дуге и в контрнаступлении уничтожил 148 вражеских солдат и офицеров. Под огнем противника в числе первых вплавь преодолел реку Десна и уничтожал огневые средства врага.
В сентября в одном из боев заменил выбывшего из строя командира взвода, а в бою у города Новгород-Северский (Черниговская область) — тяжело раненного командира роты. Под его командованием рота прошла с боями 170 км и освободила 16 населенных пунктов.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство сержанту Важеркину присвоено звание Героя Советского Союза.
А.М. Андреев в своей книге «От первого мгновения — до последнего» писал:
«Боевая биография Важеркина типична для бойцов нашей дивизии. Снайпером он стал в начальный период боев, когда части дивизии старались стабилизировать линию обороны, выбирали с этой целью наиболее выгодные рубежи, отбивая их у немцев. За спиной у командира отделения сержанта Важеркина тогда была обыкновенная русская винтовка образца 1891–1930 годов. Но еще на заставе Важеркин научился отлично стрелять, знал “трехлинейку” до последнего винтика.
Однажды при продвижении вперед его отделение было остановлено огнем противника. Важеркин укрыл своих бойцов в воронке. Немцы взяли пограничников под прицельный огонь.
Тогда командир отделения Важеркин скрытно выполз из воронки и стал наблюдать. Сержант быстро разобрался в обстановке, обнаружил снежный завал, из-за которого вели огонь из автоматов два немецких солдата. Важеркин дослал патрон в патронник. Кто-то из наших красноармейцев завозился в воронке, и фашист тотчас высунулся из-за укрытия, открыл огонь. Важеркин сразу уничтожил его, а вскоре — и второго автоматчика.
Снайперское движение в период обороны стало в частях дивизии массовым. В этом немалая заслуга и сержанта Важеркина. Он много сделал, воспитывая молодых снайперов. Старшина И. Кудряшов, открывший боевой счет в качестве напарника Важеркина, стал известным снайпером полка. В дивизии хорошо знали и таких снайперов, как Паушкин, Ширин, Пачин. Все они были тоже учениками Важеркина.
В период длительной обороны под Дмитровск-Орловским сержант Важеркин трудился неустанно. Свои позиции он выбирал и готовил обычно по ночам. И не ограничивался одной, а делал, как правило, три позиции: одну, основную, отрывал в рост и тщательно маскировал, вторую делал запасной, третью — ложной. Одна из основных позиций служила ему довольно долго, он ее все время совершенствовал, а однажды нашел на поле боя щит от станкового пулемета, врыл его в бруствер окопа, замаскировал, сделал небольшую амбразуру и стрелял только через нее.
Сержант Важеркин не раз вел опасные поединки с вражескими снайперами, а его однополчане всегда с волнением ждали исхода этой борьбы. Иван Важеркин так насолил немцам, что они уже знали о его существовании и поставили задачу своему снайперу, вызванному из специальной школы, уничтожить пограничника. Сержант Важеркин быстро понял это, стал действовать осторожнее.
Три дня сержант охотился за немецким снайпером и не мог его засечь. На четвертый день шел проливной дождь, погода была неснайперская. Однако Важеркин ушел на огневую, а его товарищи сидели в землянке и ждали: неужели в такую погоду он сможет что-либо сделать? Не верилось. Уже после обеда за плащ-палаткой, которой был завешен вход в землянку, началась какая-то возня. Наконец появился Важеркин. Был весь мокрый и так перепачкан грязью, что его с трудом узнали.
— Ну как? — в один голос спросили бойцы.
Снайпер шагнул к печке, снял с плеча немецкий автомат и бросил на пол.
— Вот, — только и сказал он, — автоматчика прикончил.
— А снайпера? — спросили бойцы.
— Сначала его, а через час автоматчика. Он прикрывал своего снайпера, потом... остался один. Я ему не дал уйти.
Одному Важеркину трудно было выполнить эту задачу. Тогда он оставил на основной позиции своего напарника старшину Кудряшова, а сам перебрался на запасную, которая была значительно левее. Кудряшов вел себя осторожно, но все же дал знать немцу о себе. Тот долго выжидал, видимо, решил убедиться в присутствии нашего снайпера и действовать только наверняка. Наконец он произвел выстрел. Тут-то и заметил его Важеркин. Немец, оказывается, оборудовал свою позицию на абсолютно ровном месте, там, где о ней и не подумаешь. Правее нее вросли в землю обломки лафета легкой пушки, и это сильно сбивало с толку Важеркина: ему казалось, что именно там, за этими обломками, устроился немецкий снайпер. Но оказалось, что он зарылся в землю левее, а перед ним ничего не было, кроме помятой немецкой каски, вдавленной в землю. Дна в ней не было, и немец стрелял через дыру в каске, как через амбразуру. Огонь или дымок после выстрела заметить было почти невозможно. Но вот когда Важеркин стал следить за ним с запасной позиции, с фланга, он увидел этот предательский дымок и замер.
Ждать пришлось долго, но ненапрасно. Немец слегка приподнялся и осторожно, еле заметным движением подняв свою винтовку, стал целиться. Каска его, закамуфлированная, по цвету сливалась с землей. Только слегка желтела часть лица, которое Важеркин видел почти в профиль. Выстрел сержанта был безукоризненным. Автоматчик, прикрывавший своего снайпера, видимо, не разобрался, откуда была послана пуля, сидел долго в укрытии, не осмеливаясь показаться. Важеркин уж решил, что он будет лежать до темноты, но вражеский солдат оказался нетерпеливым. Он решил ползком убраться восвояси. Тут его и уничтожил Важеркин. А потом подполз к укрытию и забрал его автомат. Хотел еще доползти до позиции немецкого снайпера, чтобы забрать и его винтовку, но решил не рисковать: очень трудно было к нему подобраться через открытую местность, а в траншеях противника уже поняли смысл молчания своего снайпера и держали его позицию под прицелом.
Впоследствии при управлении дивизии был создан снайперский взвод, командовал которым Важеркин.
Иван Важеркин отличился не только на чисто снайперском поприще. Он был известен и как отважный разведчик, инициативный командир. Разведку принято называть “глаза и уши командира”. Фраза эта примелькалась, может быть, кое-кому и надоела, но мы вновь пользуемся ею: уж очень точно она выражает сущность цели, ради которой разведчики ведут свои поиски. Когда нет хороших, точных данных о противнике, командир, его штаб, естественно, становятся если не окончательно слепыми, то, во всяком случае, плохо видящими.
Отличился снайпер Иван Важеркин и во время форсирования Десны, и при штурме Новгород-Северского. Он первым из воинов 30-го стрелкового полка со своим отделением форсировал реку. Имеющиеся подручные средства его отделение тихо спустило на воду и направилось к правому берегу. Когда была преодолена большая половина реки, немцы заметили бойцов старшего сержанта Важеркина. Открыли огонь. Но все же отделение успело вовремя высадиться на берег и закрепиться там.
Между тем на правый берег быстро переправился весь батальон. Контратаки немцев нарастали, они вели их превосходящими силами. Скоро был ранен командир взвода, и старший сержант Важеркин заменил его. На рассвете выбыл из строя и командир роты. Важеркин принял командование ротой на себя, поднял роту в атаку и первым ворвался на одну из улиц города.
Уличный бой требует особых навыков, умения разобраться в обстановке. К чести Ивана Васильевича Важеркина надо сказать: он умело руководил боем подразделения в городе, его рота успешно продвигалась вперед, причем и в этой ситуации старший сержант, не забывая о своей снайперской специальности, уничтожил трех фашистских офицеров. В шестом часу утра рота под командованием старшего сержанта Важеркина вышла к железнодорожной станции. В седьмом часу утра город был освобожден окончательно, а рота Важеркина, продолжая свой путь на запад, с боями прошла под его командованием еще 170 км, освободила от немецких оккупантов 16 населенных пунктов, шесть из которых были взяты после ожесточенных боев.
На другой день у личного состава всех частей и подразделений дивизии было праздничное настроение: приказом Верховного Главнокомандующего от 102-й Дальневосточной стрелковой дивизии было присвоено наименование “Новгород-Северская”. С того дня она стала именоваться 102-й стрелковой Дальневосточной Новгород-Северской дивизией.
указом Президиума Верховного Совета СССР сержанту И.В. Важеркину было первому среди бойцов и командиров 102-й стрелковой дивизии присвоено звание Героя Советского Союза».
После войны Иван Важеркин продолжал службу в армии. В 1948 и х окончил курсы усовершенствования офицерского состава. С капитан И.В. Важеркин — в запасе. Жил и работал в Рязани. Умер .
Награды
Награжден орденом Ленина, двумя орденами Красной Звезды, медалью «За отвагу», тремя медалями «За боевые заслуги», медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
Даты
Источники
ЦАМО фонд: 33. Оп. 686044. Д. 2648. Л. 18. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 717037. Д. 163. Л. 247. ЦАМО. Ф. 33. Оп. 686043. Д. 3. Л. 20. Андреев А.М. От первого мгновения — до последнего. — М.: Воениздат, 1984. Батуркин П.А., Никоненко Л.П. Герои земли Рязанской. — Рязань: Воениздат, 1995. Богатыри земли Рязанской. Ч. 1. Биобиблиогр. указатель. — Рязань: Сервис, 2005. Богданов В.Н., Попов В.Т. Золотые Звезды дальневосточных пограничников. — Хабаровск: Кн. изд-во, 1968. Всегда в строю. — Рязань: Кн. изд-во, 1963. Герои Отечества. — М.: Студия писателей МВД России, 2004. Они родились рязанцами. — Рязань: Рязанская обл. типография, 2020.