Куропятников Григорий Александрович

Родился 24 января 1921 года в Елисаветграде (Кировоград) в семье рабочего. Окончил семь классов средней школы. Работал токарем на Кировоградском заводе сельскохозяйственных машин «Красная звезда». Русский.

В пограничных войсках с 1939 года. Окончил школу вооружения в Севастополе, после чего направлен на катер «СКА-125» 4-го Черноморского отряда пограничных судов Украинского пограничного округа.

С 22 июня 1941 год воевал на Великой Отечественной войне пулеметчиком, командиром отделения минеров. По воспоминаниям друзей, Григорий мечтал служить на заставе, ходить по ночам в дозор, а попал на Черное море. Участвовал в боевых действиях в устье Дуная летом 1941 года, в обороне Одессы и Севастополя. В декабре 1941 года его катер был передан в Туапсинскую военно-морскую базу. Высаживал десанты на Керченский полуостров и эвакуировал оттуда разбитые войска Крымского фронта. В 1942 году оборонял кавказское побережье, в 1943 году участвовал в высадке десантов под Новороссийском и в обеспечении советского плацдарма на «Малой земле».

В марте 1943 года катер Григория Куроптяникова сопровождал транспорт с грузом для фронта. Неожиданно появилась вражеская авиация — 30 бомбардировщиков против маленького катера и транспортных кораблей. Как только прозвучала боевая тревога, Куропятников открыл заградительный огонь по самолетам, сбивая их с боевого курса и не давая возможности вести прицельное бомбардирование.

В ходе боя Григорию оторвало левую руку, несколько осколков попало в грудь и голову. Он продолжал стрелять по врагу, истекая кровью и теряя силы. На катере возник пожар, загорелись дымовые шашки. Григорий понимал, что скоро катер взорвется и тогда погибнут все. Он бросился к месту пожара, перегрыз канаты и сбросил шашки за борт. Собрав последние силы, гвардии старшина 1-й статьи Григорий Куропятников снова открыл огонь по самолетам. Атака была отбита. Люди уцелели, катер и транспорт с военным грузом были спасены.

В этом бою катер получил 1600 повреждений. Ему первому на флоте было присвоено звание гвардейского, а 5-й дивизион малых охотников за подводными лодками стал Краснознаменным.

24 июля 1943 года Указом Президиума Верховного Совета СССР «за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм» старшине 2-й статьи Г.А. Куропятникову присвоено звание Героя Советского Союза.

Через несколько месяцев Куропятников вернулся на свой катер старшиной 1-й статьи. Еще год продолжал воевать с одной рукой, пока не был освобожден Севастополь. Член ВКП(б) с 1944 года.

Из воспомнаний сослуживца Павла Павловича Сивенко:

«Без ложной скромности скажу — у меня во время войны проявилось природное умение маневрировать на воде. Четко знал, когда надо уйти в сторону, или отдать команду: “Стоп!”, “Влево!” или “Вправо!” Какое-то внутреннее чувство помогало. Но все пошло бы насмарку без слаженной работы всех членов команды. Все они получили ранения, был разрушен мостик и рубка, повреждены моторы, радиостанция и орудия. Спасло то, что на катере была полная взаимозаменяемость. Василий Глобин, например, был рулевым, он же сигнальщик, кок, минер. Члены команды отзывались о нем так — “золотые руки”. Иван Перевозников — наводчик, рулевой и сигнальщик. Экипаж катера — это коллектив, это дружба и спаянность. И воевали, как умели, и веселиться могли, и не пригибали голову в бою.

Хотел бы акцентировать внимание на конкретных примерах героизма в том бою. Старшине 2-й статьи Григорию Куропятникову оторвало руку, но он заметил, что вблизи глубинных бомб разгорается пожар, дополз туда и все ликвидировал. Одну, вторую, третью рану получил боцман Антоненко. Но продолжал вести бой из пулемета, пока не упал. Крупным осколком вывело из строя носовую пушку и тяжело ранило помощника командира лейтенанта Якова Ароновича Мазлера, до войны работавшего журналистом в московской газете, но он продолжал стрелять из пулемета ДШК, пока взрыв бомбы рядом окончательно не вывел его из строя. Комсомолец Марочкин, получив несколько ранений, продолжал подносить патроны к пулемету. Не оставили носовое орудие Григорьев, Степан Скляр и Перевозников.

Все они были ранены, но огня не прекращали. Наш рулевой, старшина 2-й статьи Жован, искусно уводил катер от ударов бомбардировщика. Осколками перебило флажной фал, наш флаг упал, тогда краснофлотец Потапов быстро связал фал, и знамя корабля вновь поднялось над катером как символ непобедимости.

Несмотря ни на что, мы доставили транспорт “Ахиллеон” на плацдарм, после чего, отказавшись от помощи, самостоятельно вернулись в Геленджик. Механики насчитали в обшивке катера свыше 1600 пулевых и осколочных пробоин. В Геленджике мы оставили в госпитале своих тяжелых раненых, в том числе и моего помощника лейтенанта Мазлера, последние слова которого врезались мне в память: “Передайте сестре в Москву, что я свой долг выполнил. Спасайте матросов…”. Яша умер от ран и стал единственным членом моей команды, который погиб в годы войны. Наш катер СК-065 с пятнадцатью матросами на борту, которые были легко ранены, с наскоро сооруженным “пластырем” на месте левого борта в пятибалльный шторм лег на обратный курс к Туапсе, откуда был отправлен на ремонт в Сочи.

За этот бой нас всех обещали представить к наградам. Но все как-то позабылось. И вдруг оказалось, что, когда наш катер пришел на плацдарм, там в это время находился американский журналист, и во время шума о прибытии транспорта “Ахиллеон” с боеприпасами он пришел на причал и затем описал все в статье. После появления информации о бое в американской печати наше командование срочно стало узнавать, кто таков Павел Сивенко, что это за катер СК-065. Меня вызвали в штаб флота к контр-адмиралу И.Д. Елисееву, который сказал, что американцы решили представить меня к какому-то ордену. И в разговоре выяснилось, что у меня нет наград.

Адмирал тут же собственноручно вручил мне орден Боевого Красного Знамени. Затем приказал адъютанту отвести меня в наградной отдел, где нашлись, наконец, и медали “За оборону Одессы” и “За оборону Севастополя”. Получить их своевременно просто не успел, ведь меня все время куда-то переводили, и награды получали в основном постоянные командиры катеров, мне же говорили одно: “Ты придешь в новую часть, мы позвоним, и тебя наградят”.

Затем 7 июня 1943 года мне, наряду с пятнадцатью другими советскими офицерами, вручили американский орден “За выдающуюся службу”, который вручается командующим офицерам флота и морской пехоты США за исключительные заслуги при исполнении своих обязанностей.

Хочу привести текст сопроводительного документа к ордену от посла США в Советском Союзе Уильяма Стендли:

“Посол У. Стендли от имени Президента Соединенных Штатов Америки имеет удовольствие наградить орденом “За выдающуюся службу” старшего лейтенанта ВМФ СССР Павла Павловича Сивенко. Основание: за выдающуюся службу в качестве командира сторожевого катера Черноморского флота. Павел Сивенко — участник героических боев под Одессой, Севастополем и Новороссийском. Под отважным руководством старшего лейтенанта Сивенко проведен беспримерный бой сторожевого катера с большой группой бомбардировщиков противника, отконвоировано более ста кораблей, артиллерийским огнем сбито три самолета и повреждено шесть самолетов за время войны. Отважный и решительный офицер своими заслугами перед страной полностью подтверждает лучшие традиции советского военно-морского флота”.

Вскоре наградили еще одного члена моего экипажа — старшина 2-й статьи Григорий Куропятников в июле 1943 года получил Звезду Героя Советского Союза. Больше никто никаких наград не получил, но мы и не за награды воевали».

После войны Куропятников был заместителем председателя Кировоградского горисполкома. Работал в торговле, на ремонтно-механическом заводе.

Умер 25 февраля 1982 года. Похоронен в Пантеоне Вечной славы в Кировограде.

Там же установлен бюст, его именем названа улица. Имя Г.А. Куропятникова присвоено пограничному сторожевому кораблю Западного пограничного округа.

Награжден орденом Ленина, медалями «В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина», «За оборону Одессы», «За оборону Севастополя», «За оборону Кавказа», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «Ветеран труда».

ГАРФ. Ф. Р7523. Оп. 4. Д. 189. лист: 52; ЦВМА. Ф. 3. Оп. 1. Д. 494. Л. 135. Герои Советского Союза Военно-Морского Флота, 1937–1945. — М., 1977. Герои Советского Союза. — М., 1987–1988. За мужество и отвагу : очерки о Героях Советского Союза — уроженцах Полтавы и Полтавской обл. — Харьков, 1984. Нелаев В.А. Комсомольцы-моряки в боях за Родину. — М., 1973. Пограничная служба России. — М., 2008.