Гуслев Георгий Данилович
Воздушный стрелок-радист 31-го скоростного бомбардировочного авиационного полка 16-й скоростной бомбардировочной авиационной бригады Северо-Западного фронта. Герой Советского Союза.
Биография
Родился в Симбирске (с — Ульяновск) в семье рабочего. Русский. Окончил восемь классов и школу ФЗУ. Работал мастером в железнодорожном депо.
В Рабоче-крестьянскую Красную армию призван в 1937 году. В 1938 году окончил школу младших авиационных специалистов. Участник советско-финской войны 1939-1940 годов. Воздушный стрелок-радист 31-го скоростного бомбардировочного авиационного полка 16-й скоростной бомбардировочной авиационной бригады Северо-Западного фронта.
17 февраля (по некоторым данным — 27 января) девять бомбардировщиков эскадрильи майора Просвирина по сигналу ракеты поднялись в небо и легли на заданный курс. До намеченной цели оставалось совсем немного, когда из облаков прямо на эскадрилью обрушилось десять истребителей противника. Советские летчики вступили в бой. В этом сражении стрелки сбили три самолета противника. Был подбит и один наш бомбардировщик, а второй, где летчиком был Н.М. Стольников, штурманом И.С. Худяков и стрелком-радистом Г.Д. Гуслев, получил серьезное повреждение: из строя вышел левый мотор. Бомбардировщик резко снизил скорость, отстал от своей группы. Предвкушая легкую победу, семь вражеских истребителей атаковали советский самолет. Экипаж его мужественно принял бой.
«Пулеметные очереди прошивали бомбардировщик со всех сторон. Гуслев упорно отбивался. Метко, в упор расстреливал врага. Подбиты еще два истребителя противника. Отважный стрелок выслеживал новую цель. Неожиданно заклинило пулемет. Гуслев попытался исправить повреждение, но был ранен. Самолет потерял боеспособность. Но он мог лететь! И старший лейтенант Стольников настойчиво вел машину к цели. Уже видны станционные постройки, нити железнодорожных путей и эшелоны, эшелоны... Ранен в ногу Худяков. На какой-то миг штурман оторвался от прицела, но, превозмогая боль, снова приник к нему. Тяжелый груз был сброшен точно на цель.
Бомбардировщик под градом вражеских пуль начал разворот на обратный курс. На помощь ему спешили отбомбившиеся товарищи. Они подбили еще один вражеский истребитель.
Но соединиться со своей группой экипаж Стольникова не смог: пулеметной очередью был поврежден последний, правый, мотор... Товарищи видели, как самолет перешел в планирование. Они засекли район возможной посадки и передали ее приблизительные координаты на командный пункт.
Мужественный экипаж не знал об этом, но надеялся на помощь товарищей и принял решение посадить машину как можно дальше от вражеских укреплений.
Под крылом самолета — тайга без конца и края. И вот белое ровное пятно... озеро! Высокое мастерство, хладнокровие помогли старшему лейтенанту Стольникову посадить машину на лед.
Наступила полная тишина. Было 13:00. Позади 45 минут неимоверного напряжения. Впереди — неизвестность.
Стольников оставил штурвал, тяжело поднялся с сидения, подошел к Худякову:
— Жив, Ваня? Давай помогу.
Он разрезал комбинезон, помог Худякову перевязать раненую ногу.
Потом вдвоем они перевязали раны Гуслева, вынесли его из самолета и, завернув в парашют, укрыли в снежном окопе, под моторами самолета.
Осмотрелись. Позиция выгодная. Но чем обороняться?
— Неси, Коля, пулемет, — предложил штурман. — Попробую разобрать. Может, починю. Был ведь когда-то пулеметчиком.
При 45-градусном морозе он разобрал пулемет. Повреждения не было: просто заклинило патрон. Оба — летчик, и штурман — обрадовались. Стольников принес из самолета боезапас.
— Знаешь, Ваня, сколько на нашем бомбовозе пробоин? — спросил он, помогая Худякову устраивать огневую позицию, — Только на плоскостях и фюзеляже — 417!.. И как он, бедняга, не загорелся.
Минут сорок оборудовали позицию. Лопаты не было, снег отгребали руками. На дне окопа расстелили парашют, накрылись одним краем и стали наблюдать за лесом. По времени противник должен был появиться у озера. Но лес безмолвствовал.
Вдруг — отдаленный звук мотора. Ближе! Еще ближе!.. Летчик и штурман насторожились.
— Одномоторный, легкий, — прошептал Иван.
— И вроде бы наш... — подтвердил Стольников. — Неужели ищут?
Самолет медленно выплыл из-за леса и пошел к озеру. Это был советский одноместный самолет-разведчик. Сделав круг, краснозвездная машина качнула крыльями и взяла курс на восток.
— Заметил! Теперь будем ждать помощь!
— И обороняться, — добавил Иван. — “Гости” пожаловали...
На озеро вышла группа лыжников, человек пятнадцать. Не решаясь сразу двинуться к самолету, лыжники залегли. Но ничего подозрительного вокруг не было. Все так же безмолвствовал лес, искрился на морозе холодный белый снег, в котором застыл большой серебристокрылый самолет. Враги осмелели, встали на лыжи и, поторапливая друг друга, двинулись к центру озера.
Когда лыжники приблизились к самолету на 150 метров, Худяков дал по ним длинную очередь. Многие враги были убиты. Два-три лыжника пытались отползти к лесу. Но пули Худякова настигли их.
Снова наступила тишина. Застонал Гуслев. Стольников подполз к товарищу, укрыл его получше, и тот снова впал в забытье. Потом Николай выбрался из окопа, пригнувшись, добежал до убитых и, захватив десять автоматов с дисками, возвратился обратно. Теперь они оба — Худяков и Стольников — могли стрелять по белофиннам.
Вскоре на берегу озера появилась новая группа лыжников. Эти были осторожнее, на лед не сошли, открыли огонь по самолету из миномета.
Мины рвались вокруг окопа в глубоком снегу. Автоматные очереди поднимали снежные струйки. Враг методично нащупывал советских летчиков, а они выжидали, не хотели впустую тратить патроны.
Надежда на помощь товарищей таяла: зимний день уходил, в темноте на вражеской территории летчики не рискнут приземлиться. Можно, конечно, воспользоваться лыжами противника и отойти в лес. Но с раненым Гуслевым далеко не уйдешь, и экипаж решил драться у самолета до конца, живыми в плен не сдаваться.
С приближением сумерек противник активизировался. Под прикрытием минометного огня вражеские стрелки спустились на лед и, беспрерывно стреляя из автоматов, начали подползать к снежному окопу. И в это время из-за леса на бреющем полете вынырнули три легких краснозвездных самолета. Обстреляв врага из пулеметов, они приземлились и, не прекращая огня, прижали противника ко льду.
Стольников и Худяков подхватили раненого стрелка и быстро переправили его в один из самолетов. Машина взмыла в воздух и с высоты прикрывала остальные. Вскоре взлетел второй самолет, на борту которого находился Стольников. Третья машина немного задержалась со взлетом: штурман Худяков готовил к взрыву свой бомбовоз, чтобы он не достался врагу. Подтащив парашюты под бензобаки, он дал очередь по металлическим стенкам... Бензин моментально проник в парашютный шелк. Худяков поднес спичку — и языки пламени стремительно объяли самолет.
— Прощай, верный наш друг... — штурман еще секунду смотрел на жаркое пламя. Потом, прихрамывая, добежал до ожидавшего его самолета, погрузил захваченные трофеи и поднялся в кабину».
Указом Президиума Верховного Совета СССР от за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с финской белогвардейщиной и проявленные при этом отвагу и героизм старшине Георгию Даниловичу Гуслеву присвоено звание Героя Советского Союза.
В 1941-1942 годах учился в Военно-воздушной академии. С участвовал в Великой Отечественной войне. Член ВКП(б) с .
С майор Г.Д. Гуслев — в запасе. В 1950 году он окончил Мичуринский государственный педагогический институт.
Жил и работал в Ленинграде.
Умер . Похороненных на Северном кладбище.
Награжден орденами Ленина, Отечественной войны II степени, медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «За оборону Сталинграда».
Даты
Источники
ЦАМО, фонд: 33, опись: 793756, дело: 12, лист: 293-294; фонд: 33, опись: 686044, дело: 633, лист: 183. dvinovaje.ru.